Информационный портал профессоров РАН

Мы в

Наверх

Генетики: человечество теряет здоровье и глупеет

июля 11, 2018

Известный российский популяризатор науки, биолог и специалист по теории эволюции Александр Марков дал интервью, в котором поделился мнением о том, что человеческий генофонд стабильно ухудшается. На свет появляется все больше...

Подробнее

Торги в банкротстве: основные проблемы и злоупотребления

июня 26, 2018

Диалог об основных проблемах при проведении торгов в банкротстве. Обсуждаем, какие злоупотребления встречаются на практике и кто чаще всего нарушает закон. Как препятствовать явным нарушениям порядка проведения продажи имущества должника.

Подробнее

Исследовано столкновение движущихся по ДНК молекул

июня 25, 2018

Российские биологи изучили взаимодействие удваивающего ДНК фермента с так называемыми «пришитыми» к ДНК белками. Полученные результаты помогут при разработке искусственных ферментов, которые можно использовать для различных целей, в том числе...

Подробнее

Лектории, научные бои и дискуссии устроят на фестивале науки и искусства GEEK Picnic Krasnodar

июня 12, 2018

Второй фестиваль науки, технологий и искусства GEEK Picnic — просветительский, образовательный и развлекательный проект — пройдет 15–16 сентября в краснодарском парке 30-летия Победы.

Подробнее

Интерактивным анатомическим столом «Пирогов» СамГМУ заинтересовались российские разработчики медоборудования

июня 3, 2018

Одна из наиболее интересных и востребованных разработок Института инновационного развития Самарского медуниверситета – интерактивный анатомический стол «Пирогов» - была представлена на прошедшем в конце мая Петербургском международном экономическом форуме.

Подробнее

За них сражалась Родина

Профессор РАН Андрей Десницкий о том, чем «Дюнкерк» отличается от отечественных фильмов про войну.

«Дюнкерк» Кристофера Нолана — идеальное военное кино. Исторически совершенно достоверное, зрелищное, но без буйства излишних спецэффектов и чересчур кровавых подробностей, оно рассказывает об операции «Динамо» (конец мая — начало июня 1940 года). Зритель следит за тремя судьбами: британского пехотинца, британского летчика и экипажа прогулочной яхты, принявшей участие в этой операции.

Суть ее проста. После стремительного броска вермахта к Ла-Маншу на узкой полоске земли во Фландрии остался окруженным практически весь британский экспедиционный корпус вместе с некоторыми французскими и бельгийскими частями. Было понятно, что битва за Францию союзниками проиграна, но Британия сумела эвакуировать большинство своих солдат. Для этого пришлось призвать на помощь буквально все гражданские суда на юге Англии — военный флот своими силами не справлялся.

Выход фильма в России вызвал, конечно же, огонь критики не столько в адрес самого фильма (сделан он очень добротно, что ни говори), сколько в адрес треклятых англосаксов, которых теперь принято обвинять во всех смертных грехах.

 

Самый характерный отзыв — «они не сражались за Родину». Так, этот фильм сравнивают с романом Шолохова и культовым советским фильмом 1976 года «Они сражались за Родину». В нем рассказано о таком же трагическом эпизоде на Восточном фронте: июль 1942 года, немцы рвутся к Сталинграду, и остатки стрелкового полка отходят к своим, цепляясь за каждый рубеж обороны, нанося противнику урон при любой, самой малейшей возможности. А местные жители, соответственно, смотрят на усталых солдат как на своих спасителей — или осуждают их, видя отступающими без боя.

И вот на этом фоне — восхищаться драпанувшими британцами?! Да они с ума сошли, говорит наш зритель, точнее — раскрыли свою империалистическую, трусливую сущность! Бросили союзников-французов (в фильме, кстати, это показано отчетливо) и даже не попытались организовать оборону при наличии всех видов вооружения и боеприпасов.

Что ж, говорить о военной стратегии нам всем легко и приятно, но тут случай вполне очевидный: оборонять фламандские пляжи и курортные городки было бы со стороны британцев чистым безумием при отсутствии баз снабжения и нормальных коммуникаций. И после того, как британская армия была бы уничтожена на побережье почти полностью, перед Гитлером открылись бы широкие перспективы по захвату Британских островов. К тому же такие критики забывают, что в истории Второй мировой была только одна страна, или, точнее, группа стран, воевавших с нацистами с сентября 1939-го по май 1945-го, — это была Британская империя.

Но давайте поговорим не о военной истории, а о фильмах, еще точнее — о том, какие общественные настроения они нам раскрывают.

Основная идея «Дюнкерка» может быть сформулирована так: за них сражалась Родина. Или, как говорят в самом фильме: когда солдаты не могли попасть домой, дом сам пришел за ними.

Все эти летчики, дравшиеся над Дюнкерком до последней капли горючего, все военные и гражданские моряки, рисковавшие собственной жизнью, и, наконец, мирные обыватели, которые встречали свою разбитую, окруженную и бежавшую с поля боя армию теплыми одеялами, холодным пивом и словами искреннего ободрения: ребята, вы выжили, а это уже немало. Все это и был Дом.

Знаменитая «островная психология» британцев? Возможно. Но для меня это еще один очень важный урок. В советских книгах и фильмах о войне, в том числе в самых лучших, самых честных и самых добрых, Родина — та самая великая идея, за которую однажды предстоит отдать жизнь. В «Дюнкерке» Родина — дом для жизни. Да, его надо иногда защищать, в том числе и ценой собственной жизни. Но прежде всего в доме надо жить.

Можно сказать, что британцам просто повезло — их дома не пострадали так сильно от войны, как наши дома. Да, Британию бомбили, и бомбили тяжело, но она не знала ужасов Ленинградской блокады, Хатыни или Бабьего Яра. Это, безусловно, так. Но есть и еще одна вещь, которую надо помнить. Любой советский, а теперь уже и российский фильм о войне обязательно показывает, как война заставляет проявиться самому лучшему в человеке. Война, при всем ее ужасе, оказывается неким героическим ристалищем. На другой стороне — фашисты и единичные предатели, а в нашем окопе — очень разные, но совершенно прекрасные люди. И именно война открывает их нам такими.

Мне уже доводилось писать о самом лучшем, пожалуй, советском фильме о (не)возвращении с войны — «Белорусском вокзале». Его герои просто не могут вернуться в мирную жизнь с ее неоднозначностью, с ее полутонами и сложными решениями.

Они кидаются на любую жизненную проблему как на танк с гранатой: вот наши, вот немцы, — и постоянно ищут этой ясности и чистоты в мирном мире, в мире, купленном ценой их собственной крови.

А в современных фильмах о войне все больше зрелищных спецэффектов… и, пожалуй, все меньше самой мысли о жизни после войны — например, в «Звезде», где погибает группа разведчиков, успев передать донесение.

«Дюнкерк» показывает нравственную неоднозначность самой войны. Вот двое притворяются санитарами и тащат носилки с раненым, чтобы только попасть на отплывающий корабль, или прячутся от офицеров под мостом — они предатели или действуют разумно на фоне безумия? Вот группа солдат хочет пожертвовать одним из них, чтобы облегчить корабль и сняться с мели, — кого прогнать под немецкие пули? А может быть, это просто коллективный психоз? Или все бесполезно в любом случае? А вот подобранный в открытом море летчик в панике наносит смертельный удар мальчишке, спасшему его от гибели, — он военный преступник или человек, так и не вышедший из боя, действующий в состоянии аффекта? Наконец, все эти солдаты, которые рвутся по трапу на отплывающий корабль, — они дезертиры или герои? Их командиры, наблюдающие за погрузкой вместо того, чтобы планировать контратаку, — они бездари и трусы или гениальные стратеги?

Фильм не дает ответов на эти вопросы. По-видимому, на них вообще нет однозначных и ясных ответов. Но он заставляет прочувствовать кожей: война — это беспредельный ужас, который размывает границы добра и зла, который не только превращает неприметных людей в героев, но и героев порой заставляет стать невольными убийцами. И самый главный итог войны — пусть как можно больше наших ребят вернется домой. Героев или трусов, не так уж и важно — ведь все они наши.

Одна из самых страшных вещей, которую я видел в своей жизни, — тот военный психоз, который охватил множество людей вокруг меня три года назад.

Они рвались повоевать за правое дело в соседней стране (позднее нашлась еще одна, несоседняя), ведь жизнь дома казалась им скучной, бессмысленной, ненужной. Некоторые даже утверждали, что с этой войны начнется обновление и возрождение их собственного дома. Наивные… И я не могу отказаться от мысли, что эти люди слишком много смотрели прекрасных советских фильмов о войне, о героях, о гибели за Родину и о вечном невозвращении в скучный, постылый, мирный дом.

С другой стороны, уже ушли из нашего мира почти все ветераны, которые в моем детстве рассказывали о войне не как о красивом параде героев под знаменами, а как о запредельном ужасе. Помню рассказ одной женщины, в 41-м — санитарки, вчерашней школьницы. Немцы прорвали оборону, через час или два будут здесь. На площади города — несколько сот раненых, одна полуторка для эвакуации, шофер и эта санитарка. На полуторку влезет человек двадцать раненых, их еще надо погрузить.

И вот раненые тянут к ней руки, просят о помощи, а она должна выбрать, кто из нескольких сотен сможет выжить.

Старые фильмы не то чтобы врали новым добровольцам. Они просто забывали сказать зрителю самое главное, что напоминает «Дюнкерк»: иногда приходится умереть за свой дом, но существует он не для этого. Он, как и Родина, для жизни.

Источник: https://www.gazeta.ru